Логотип

Грандиозность замысла такой системы трудно сформулировать одной фразой. И все же — система должна обеспечивать обнаружение одиночных, групповых и массового стартов межконтинентальных БР, размещенных на территории США, непрерывно днем и ночью, во все времена года в течение многих лет, с учетом сложнейшей фоновой обстановки. Система с высокой вероятностью и достоверностью должна выдавать данные о налете: время старта, координаты старта, азимут стрельбы и количество стартовавших ракет.
Величина и вид сигналов стартовавших БР, дальность действия, методы обработки и управления космическими аппаратами орбитальной группировки требовали создания системы, не сравнимой ни с одной из ранее созданных.
Все аспекты этой проблемы необходимо было изучить, сформулировать четко задачи и найти инженерные решения.
По технической сложности и необходимым тактико-техническим характеристикам космическая система обнаружения стартов МБР оказалась сложнейшей и уникальной.
Только после первого года работ специалисты ОКБ-41 в полном объеме поняли, насколько грандиозно ее значение в общей системе вооружений нашей страны и насколько трудно ее создание.
Разработка системы осуществлялась поэтапно.
Этап научного поиска предусматривал изучение фоновой и целевой обстановки, поиск и проектирование высокочувствительных приемных устройств, создание прецизионных приборов, позволяющих из космоса с большого расстояния обнаруживать факелы стартующих БР, поиск оптимальных математических приемов, позволяющих из колоссального потока информации выбирать только сигналы реальных стартов БР, обеспечив при этом высочайшую достоверность.
Следующим этапом работ предусматривалась разработка и исследование возможных инженерно-технических решений построения средств системы. Работы этого этапа сопровождались проведением целого ряда практических экспериментов, математическим моделированием и изготовлением макетов.
На последующих этапах планировалось произвести разработку и изготовление штатных бортовых и наземных средств системы и проведение летно-конст-рукторских испытаний. А затем уже проведение совместных с заказчиком государственных испытаний.
На первом этапе наиболее трудной оказалась проблема выбора типа бортовой аппаратуры обнаружения (БАО). Первые расчеты показывали, что радиолокационный метод обнаружения чрезвычайно громоздкий и менее эффективный, чем телевизионный и теплопеленгационный. Однако сразу отдать предпочтение одному из последних было невозможно. Необходимо было провести натурные измерения фоновых и целевых характеристик.
Здесь следует отметить, что хотя и по теплопеленгационному, и по телевизионному методам уже набрана большая статистика, однако и до нынешнего времени эти два направления остаются конкурирующими.
На начальном этапе к работам по этой теме были привлечены почти все подразделения ОКБ-41. Тематическое ведение работ было поручено Главному конструктору С.Ф. Матвеевскому. Тематическую лабораторию возглавлял С.Ш. Фрадков.
Результатом трех лет упорных работ стали четко сформулированные проблемные вопросы и разработаны принципы обнаружения стартов БР, но с низких орбит.
Последнее стало основным недостатком этого проекта. В таком варианте для глобального контроля необходимо было иметь в орбитальной группировке очень большое количество КА — более 50 штук. Кроме экономического фактора был и технический — по тем временам прием с борта КА информации и управление такой орбитальной группировкой реализовать было практически невозможно, необходимо было иметь большое количество наземных пунктов.
Кроме того, надежностные характеристики бортовой аппаратуры были сравнительно низкими, что приводило к необходимости ежегодного пополнения орбитальной группировки большим количеством КА.
Система становилась настолько дорогостоящей, что практическое создание ее не было реальным.
И тут, как это нередко бывает, один летный эксперимент полностью перевернул взгляды на принципы построения космического эшелона системы ПРН.
Всесоюзный Ленинградский научно-исследовательский институт телевидения (ВНИИТ) проводил летные испытания бортовой телевизионной аппаратуры, установленной на одном низкоорбитальном КА. В ходе испытаний было решено провести эксперимент по обнаружению стартовавшей БР. Спутник с телевизионной установкой находился на круговой орбите высотой около 300 км. Было решено произвести запуск оперативно-тактической БР в тот момент, когда спутник будет пролетать над полигоном Капустин ЯР. Был согласован порядок работы и временной график. Но стартовый расчет не смог произвести старт БР в намеченное время пролета спутника над полигоном. Спутник пролетел район полигона и сбросил данные измерений на наземный измерительный пункт (НИП).
Рассмотрев данные измерений, Главный конструктор ВНИИТ П.Ф. Браславец доложил, что бортовая телевизионная аппаратура обнаружила старт БР. Большинство специалистов и некоторые руководители посмеялись над его докладом, чем поставили, мягко говоря, Браславца в неудобное положение: в самом деле — старта БР не было, а он его обнаружил!
Щепетильный и дотошный в таких вопросах П.Ф. Браславец приехал в КБ-1 к А.И. Савину и показал на задокументированных пленках сигналы, точно соответствующие времени пролета спутника над полигоном. Савин решил серьезно разобраться в сложившейся ситуации. Он попросил Браславца съездить на полигон и выяснить, от какой цели могли быть зафиксированы сигналы — ведь вэто время мог быть пуск с какой-либо другой площадки. Уязвленный П.Ф. Брас-лавец так и сделал. И подтвердилось — действительно, старта БР не было, но в это время на соседнем аэродроме (г.Владимировка) делал испытательные взлеты и посадки самолет ТУ-16.
Специалисты ВНИИТ пересчитали сигналы от двигателей самолета ТУ-16 на известные сигналы от двигателей БР, измеренные ранее аппаратурой, установленной на самолете. Расчеты показывали, что их величина настолько большая, что этой аппаратурой они будут видны даже с высоты стационарной орбиты — около 45 тыс.км.
Браславец вновь приехал в КБ-1 к Савину и стал утверждать, что данная телевизионная аппаратура обязательно обнаружила бы старт МБР с высоты стационарной орбиты.
Данные по обнаруженным сигналам сообщили в ГОИ им. СИ. Вавилова. Главный конструктор, академик М.М. Мирошников, просчитал их применительно к теплопеленгатору и тоже стал утверждать, что предлагаемый ими теплопе-ленгатор тоже будет обнаруживать работу двигателей МБР с дальности до 45 тысяч километров.
Эти данные в принципе изменили подход к построению системы. Но необходимо было доказать правильность сделанных расчетов и подтвердить их экспериментально.
На совместном научно-техническом совещании в ОКБ-41, в котором принимали участие представители ВНИИТ, ГОИ и СНИИ-45 МО, было решено разработать дополнение к эскизному проекту в части обнаружительных характеристик системы, КА которой будут функционировать на высокоэллиптических орбитах.
День и ночь, без выходных, в течение трех месяцев трудились специалисты промышленности и МО над разработкой принципов ее построения. Основные усилия были направлены на теоретическое обоснование обнаружительных характеристик и возможности экспериментального подтверждения их.
В целях сокращения времени создания наземных и бортовых средств было предложено использовать уже созданные наземные средства системы «ИС». Бортовые средства также частично использовались готовые с КА-перехватчика, а частично предполагалось изготовить заново.
А.И. Савин совместно с заказчиком, которого весьма активно представлял генерал-майор М.И. Ненашев, стали добиваться разрешения на проведение экспериментальных пусков с целью подтверждения теоретических расчетов.
Старания конструкторов МКБ «Стрела», ВНИИТ, ГОИ и заказывающего управления МО в части организации пусков экспериментальных КА с бортовой аппаратурой ТВ и ТП типов были серьезно омрачены заключением пяти членов Академии наук СССР на материалы дополнения к эскизному проекту.
Они утверждали, что обнаружение стартов МБР с высоты 40—45 тыс.км с помощью БАО, предлагаемых ВНИИТ и ГОИ, практически невозможно. Все расчеты, сделанные в дополнении к эскизному проекту, ими считались мало обоснованными.
Колоссальных трудов стоило А.И. Савину, М.И. Ненашеву, М.М. Мирошни-кову и П.Ф. Браславцу отстоять свою точку зрения.
Стоит отметить, что министр радиопромышленности В.Д. Калмыков и заместитель председателя комиссии Президиума Совета Министров по военно-промышленным вопросам Л.И. Горшков поддержали наши предложения.