Логотип

Классические дизель-электрические подводные лодки (Ш1), которые впоследствии стали называть дизельными, хотя и нанесли немало вреда кораблям и мировому судоходству в двух мировых войнах, относились к «ныряющим» — время нахождения их в подводном положении ограничивалось энергоемкостью аккумуляторных батарей. Для их подзарядки ПЛ приходилось всплывать в надводное положение или под РДП (работа дизеля под водой), что лишало их скрытности, считавшейся важным тактическим свойством. Дальность плавания дизельных ПЛ с увеличением скорости подводного хода существенно сокращалась.
Поэтому 1954 г., когда вступила в строй первая ПЛ с ядерной энергетической установкой «Наутилус», а длительность плавания атомных подводных лодок (ПЛА) в подводном положении стала практически неограниченной, можно считать переломным в подводном кораблестроении.
К этому времени обозначились ощутимые успехи в создании баллистических твердотопливных ракет относительно небольших габаритов, способных нести мощный ядерный заряд.
Военные специалисты США пришли к заключению, что ПЛД являются довольно совершенной платформой для размещения оружия в виде стратегических ядерных ракет. Создавалась возможность получить рассредоточенную систему вооружений, обладающую большой мобильностью, скрытностью и живучестью, обеспечивающую нанесение ракетно-ядерных ударов по существовавшему в то время СССР и странам, впоследствии быстро развалившегося, Варшавского договора.
Не последнее значение имели и экономические соображения: расчет, что вероятный противник вынужден будет пойти на существенные материальные затраты, изыскивая меры по снижению опасности ракетно-ядерного удара из-под воды. Расчеты стратегов, как показало дальнейшее, во многом оправдались.
Американцы объявили о начале работ по созданию ракетно-ядерной системы морского базирования «Поларис» и со свойственной им деловитостью, не считаясь с затратами, приступили к её реализации.
Для сокращения сроков строительства первые атомные ракетные подводные лодки (ПЛАРБ) строились по проекту многоцелевой ПЛА типа «Скипджек», в среднюю часть которых вставляли секции длиной 40 м с пусковыми установками для 16 ракет «Поларис А-1» с дальностью стрельбы 2200 км, оснащенных ядерной боевой частью мощностью 500 кт.
В 1959 г. вошла в строй головная ПЛАРБ «Джордж Вашингтон», в следующем году она приступила к боевому патрулированию с ракетами первого поколения. К1963 г. было построено пять ПЛАРБ. При модернизации в 1964-1967 гг. их вооружили ракетами «Поларис-А-3» с дальностью 4600 км, в боевой состав вошли еще пять ПЛАРБ «Этен Аллен» и 31 типа «Лафайет».
Не стесненные маневром ПЛАРБ могли осуществлять пуск ракет по наземным объектам из обширных районов боевого патрулирования, расположенных в Норвежском, Средиземном морях, Индийском, Атлантическом и Тихом океанах.
Подводная угроза обрела реальные формы, и проблема борьбы с ней приобрела первостепенное значение.
Не подлежало сомнению, что задача эта комплексная и должна решаться совместными усилиями различных видов Вооруженных сил. Военно-Морскому Флоту предстояло выявить: маршруты перехода ПЛАРБ, районы боевого патрулирования, характеристики физических полей и другие данные. Для этого следовало организовать систематическое наблюдение за пунктами базирования ПЛАРБ, производить эпизодические и систематические их поиски в предполагаемых районах боевого патрулирования, организовать слежение и, только после анализа полученных данных, делать конкретные выводы.
Проблема осложнялась тем, что Военно-Морской Флот СССР силами, способными решать подобные задачи, к этому времени не располагал. Флотские руководители считали, что наибольшего успеха могут достичь, действующие в той же среде торпедные ПЛ, И это, конечно, справедливо, но дизельные ПЛ, по приведенным выше причинам, не способны длительно следить за ПЛАРБ, а именно так ставилась задача ретивыми флотоводцами; одержать ракетоносец в прицеле. Более-менее подобная задача по силам ПЛА, но первая отечественная ПЛ с ядерной энергетической установкой проекта 627А завершила опытную эксплуатацию и вошла в состав ВМФ только в канун 1960 г., а ее гидроакустика, основное средство обнаружения в подводном положении, оставляла желать лучшего.
Корабли для первичного поиска ПЛАРБ не годились, имея преимущество в дальности обнаружения, она всегда могла от них уклониться. Сложнее это сделать, если поиск ведут корабельные вертолёты, но их также не было.
Разрабатывавшийся по Постановлению Совета министров СССР от 18 июня 1960 г. дальний противолодочный самолёт (ДПЛС) Ил-38, ввиду ограниченного тактического радиуса, в лучшем случае мог производить поиск ПЛАРБ в Норвежском море.
В 1962 г. филиал Института ВВС подготовил для авиации ВМФ справку, из которой следовало, что для поиска и уничтожения ПЛАРБ следует иметь самолёты, дальность которых в два раза превышает радиус самолета Ил-58, что и без этого не вызывало сомнения, а также расчет нужного количества самолётов ближней и дальней перспективы. На основании этой справки штаб авиации ВМФ подготовил предложения по развитию противолодочной авиации и в графическом виде представил на решение главнокомандующему ВМФ.
Главнокомандующий ВМФ предложения одобрил, после ряда согласований с министерствами и ведомствами, их доложили Министру обороны СССР. В течение многих лет утвержденный документ, снабженный необходимыми пояснениями и конкретными сроками разработки техники по пятилеткам, хранился в сейфе начальника оперативного отдела штаба авиации ВМФ.
На основании довольно некорректных расчетов, подправленных непостижимой логикой, в развитие предшествующих планов сделан вывод о необходимости иметь к 1980 г, в боевом составе авиации ВМФ ни много, ни мало 595 противолодочных самолётов. По типам это выглядело так: 185 Бе-12, 250 Ил-38, 160 Ту-142 (только впоследствии выяснится, что имелись в виду и самолеты Ту-142М). Аппетиты штаба авиации ВМФ были завидными, по большому счету нужды в таком количестве самолётов специальной постройки не было, реальные возможности промышленности не учитывались, а постройка 100 Бе-12,250 Ил-38 и 160 Ту-142 обошлась бы в 3,2 млрд. руб. (в ценах 1990 г.) без учета расходов на наземную инфраструктуру, производство буев и средств поражения ПЛ.
План создания противолодочной авиации впоследствии корректировался, преимущественно в сторону сокращений, тем не менее основные его идеи оказались реализованными и в частности по строительству и дальнейшим модификациям ДПЛС.
Ввиду отсутствия альтернативы и для сокращения сроков, решено было ДПЛС разрабатывать на базе Ту-95РЦ, создававшегося для ВМФ в соответствии с Постановлением ЦК КПСС и Совета министров СССР от 21 июля 1959 г. и с осени 1962 г. и проходившего совместные Государственные испытания.
Идеологические основы использования ДПЛС были прямолинейны и бесхитростны. Исходили из предположения, что ПЛАРБ осуществляют боевое патрулирование в назначенных им районах и, в случае военной опасности, будут перемещаться в районы огневых позиций, имеющих лучшее гидрографическое обеспечение для повышения точности определения своего места перед пуском ракет по заданным целям. Считалось, что именно в этот период следует поисковые усилия противолодочных самолётов сосредоточить на маршрутах выдвижения ПЛАРБ в районы огневых позиций. В качестве следящего комплекса самолёты не рассматривались, считали, что оно будет непродолжительным, а контакт примут гипотетические силы "длительного слежения". Для первоначального обнаружения ПЛ предполагалось выставлять заградительные барьеры большой протяженности из плавающих радиогидроакустических буев (РГБ), перекрывающие возможные маршруты выдвижения ПЛАРБ на огневые позиции.
Противодействие противника рассматривалось очень схематично, полагая, что одиночные самолёты и малые тактические группы, действующие на малых высотах не будут обнаруживаться средствами ПВО.
Постановлением ЦК КПСС и Совета министров СССР № 246-86 от 28 февраля 1963 г. дальний противолодочный самолёт Ту-142 с поисково-прицельной системой (ППС) «Беркут-95» задан к разработке с предъявлением на совместные испытания в начале 1966 г. Тактико-технические требования, утвержденные главнокомандующими ВВС и ВМФ 20 апреля 1963 г., выдали ОКБ-156.
Начиная с середины 60-х годов стал широко использоваться термин «комплекс», как совокупность функционально связанных воздушных и наземных средств, необходимых для обеок решения боевых задач в соответствии с предназначением. Впоследствии к комплексам стали предъявляться требования автономности решения задач в полном объеме. Поскольку самолёт Ту-142 с размещенной на его борту ППС и средствами поражения был автономен в решении противолодочных задач, он имеет полные основания именоваться «комплексом».